О ЧУДАКАХ И КУРЬЕЗАХ
(часть II)

часть I

 

В. П. Тургенева

Среди орловских женщин XIX века самодурство и характерность отличали Варвару Петровну Тургеневу. Рассказывали, что однажды она лишила народ своей деревни колокольного звона в честь Святой недели. В этот день Святого воскресенья обедня отошла рано. Звонить в колокола начали уже в 7 часов утра. Начало положил сам пономарь, мастер своего дела. Его должны были сменить мальчишки, с нетерпением ждавшие своей очереди внизу около колокольни. Услышав этот звон, В. П. позвала горничную Агашу и грозно спросила: "Что это за звон?". "Праздик, Святая неделя", — робко ответила та. "Святая неделя! Праздник! Какой? У меня бы спросили, какая у меня на душе Святая неделя... Я больно огорчена, колокола меня беспокоят, сейчас же велеть перестать!" — гневалась барыня. "Для меня нет Святой недели и для всех, живущих у меня, она быть не должна. Сказать священнику, что я больна, что колоколов слышать не могу," — отдала приказ Варвара Петровна. А колокола гудели все веселей и веселей. Не наслушаться этого звона, но вдруг замолкли. Это привели в исполнение приказания Тургеневой. Так грозная барыня лишила народ Великого праздника. Однако иной раз и она была вынуждена считаться с мнением окружающих. Как-то раз летом, желая избавиться от мух, В. П. приказала устроить носилки со стеклянным колпаком. На носилках этих, подобно китайскому мандарину, она была носима по полям крепостными. Один из крестьян, увидев такую процессию, принял В. П. за святую и, по традиции, став на колени, перекрестился и положил копеечку. После этого случая барыня приказала выбросить носилки и стеклянный колпак. Вот такая матушка бьша у И. С. Тургенева.

(17737 байт)

 

 

А. Д. Юрасовская

Более благодушной, чем В. П. Тургенева, была помещица А. Д. Юрасовская. Раз она вздумала пожертвовать колокол на церковь Троицкого кладбища в городе Орле. Оригиналка всегда и во всем, она и этого не могла сделать обыкновенно, поэтому привезенный из Москвы с завода колокол был доставлен поздно ночью на дрожках к церкви и там оставлен. Получив уведомление о таинственном появлении колокола, орловский губернатор Н. И. Крузенштерн стал в тупик. Долго и тщетно разыскивала полиция сделавших такой подарок. Долго тянулась переписка о странном появлении колокола, пока разрешили его поднять на колокольню.
Известна была Юрасовская также своим хором. Расказывают, что носили ее крепостные вместо кафтанов испанские черные плащи и все, без исключения, были "брюнеты без отметин", т. е. с волосами, окрашенными в черную краску. Иногда среди этого хора появлялась сама А. Д. с лирою в руках, на которой играла она в совершенстве, в какой-то древнеримской тоге, с лавровым венком на голове.

(17523 байт)

 

 

Старушки-причудницы

В те времена проживало в Орловской губернии много всяких старушек-причудниц. Так, одна из них, малоархангельская помещица, была помешана на всевозможных придворных церемониях. Зал, в котором она принимала своих знакомых и подданных (крепостных крестьян), представлял собой большую комнату, расписанную в виде рощи. Пол его изображал паркет из цветов. Посередине этой комнаты сверкала поверхность пруда, выполненного из зеркальных стекол, по которым плавали искусственные лебеди. Между искусственных деревьев порхали живые снегири и синицы. Вдоль дорожки этого бутафорского сада стояли алебастровые фигуры богов и богинь древней Греции. "Помпезность" старушки доходила до того что, чтобы добраться к обедне до церкви, которая находилась в полуверсте от усадьбы, составлялась основная свита. Она представляла собой поезд из 5-ти и более экипажей. Сама владелица ехала в громадной колымаге, называвшейся "Лондоном", запряженной восьмериком. Кучер в нем сидел так высоко, что находился на уровне крестьянских крыш. О таких выездах и торжественных приемах старушки Рогозиной рассказывали даже в Петербурге.

* * *

Другая владелица Орловского имения, чей почтеннейший сын жил в Пензенской губернии и которому она посылала то липового меду, то сливового варенья, держала массу болонок. И так она их любила, что выделила специальную комнату и приставила девушек для ухода за ними. Однако эти болонки были очень злобные от слишком целомудренной жизни и поэтому постоянно пугали слуг. Бывало, подающий чай слуга стоял, танцуя с подносом перед барыней, а та, наливая сливки в чашку, замечала: "Скажи, Иван, зачем ты так подносом трясешь?"
"Фиделька больно ноги кусает". "Должно ли из-за этого трясти подносом, когда мне чай подаешь." Все это говорилось довольно простодушно. без всякого намека на издевку.

(15329 байт)

 

* * *

А вот орловская помещица Ржевская держала собак не просто так. Была она помешана на том, что крепостные люди хотят ее отравить. Для того, чтобы избежать этого, она имела при себе кобелька Жужика, который первый пробовал кушанья. Пробует, бывало, кобелек кушание, облизнется, за ним и Ржевская с аппетитом принимается уписывать остатки. Но бывало, что, наевшись до отвала, Жужик отказывался дегустировать. Тогда звали дворецкого, его жену, детей и заставляли есть. Убедившись, что яда в пище нет, барыня приступала к еде, доедая оставшееся.

(18151 байт)

 

 

М. Б. Глебова и ее доктор

Обычно орловские барыни содержали массу нахлебников: компаньонов, приживалок. У помещицы М. Б. Глебовой на таком положении был домовой доктор Карл Карлович Эльц. Оригинальность этого человека привлекала к Марье Борисовне, известной также, как мать секунданта на дуэли поэта М. Ю. Лермонтова лейб-гусара М. П. Глебова, постоянных гостей. Больше всего потешалась над Карлом Карловичем прислуга. О нем говорили:"Весь складной", что в какой-то мере соответствовало действительности. Эльц носил парик, имел вставные зубы и два протеза вместо ног. Другие шутили: "Ну, умри сейчас Карл Карлович, нам и хоронить его, почитай, не придется. Мы его на память разберем: кому придутся зубы, кому нога, а кому — накладка с волосами". Имел он также другую странность: употреблять букву "з" вместо "с". Так, Эльц всегда советовал: русского мужика "зудить" по законам, а когда приезжали гости, и Карла Карловича не могли долго найти, то извинением за опоздание для него было: "У Марии Борисовны зад чистил".

 

Орловская Салтычиха

Однако не столь добродушны в своих чудачествах, как Чернышев, Рогозина, Анненкова, были другие орловские помещики. Имелись в Орловской губернии и свои "Салтычихи" или, точнее, "Драчихи", как называли одну мценскую помещицу, которая сама жестоко расправлялась с провинившимися. Слух об этих жестокостях дошел до губернского предводителя дворянства В.В. Апраксина, который сделал мценской "Драчихе" предупреждение по поводу применения розог, как педагогического средства, в общении с крепостными. Однако более солидное внушение помещица получила от крестьян, которые незадолго до 19 февраля 1861 года встретили свою госпожу и хорошенько выпороли.

(18249 байт)

 

 

Буйный помещик П. М. Бырдин

Буйным характером отличался П. М. Бырдин, владевший имением в Орловской губернии. Страстный лошадник, он водил лошадей: в Лебедянь — на скачки, в Москву — на бега, пускал их в Орле по льду реки Оки на пари с другими помещиками. Во время призовых состязаний Бырдин потешал почтенную публику и, входя в раж, вводил в краску дам. Командуя своими наездниками, он выражался непечатно. Слова сыпались как горох из мешка. Горе добропорядочному посетителю, если он пришел с дочерью, сестрой или женой, предварительно не заткнувши им крепко уши ватой. Видя свою лошадь отставшей, П. М. вопил благим матом: "Никишка, выпускай, Никишка! Чего сидишь как деревянный! Словно пень дубовый! Задеру каналью, задеру насмерть! Ох, Никишка! Зарезал! Совсем зарезал!". Жертва азарта (т. е. Бырдин) падала со стула. Но если рысак выходил вперед, то он вскакивал и кричал: "Никишка, милый, выпусти еще, ради бога, выпусти! Брось всех их раз, сукиных детей за флаг!". После удачи Никишку обычно целовали, дарили деньгами. В случае проигрыша — волокли на конюшню и драли немилосердно. Бырдин был большим выдумщиком по части разных шуток. Говорят, что раз на голову, разгоряченную пуншем, он дал приказ: поймать дьякона, зашить в звериную шкуру и спустить собак. Чуть было не затравили бедного священнослужителя. Кроме всего прочего, П. М. был поклонником английской эксцентричности, особенно почитал страсть англичан держать пари. Так, он был готов биться об заклад из-за всего, даже из-за того, кто дальше плюнет. Рассказывали, что как-то раз он проиграл ловкому специалисту целую деревню в Ливенском  уезде.

(13175 байт)

 

 

Спорщики

Любителем пари был и лейб-гусар павлоградского полка Мухартов, который побился об заклад, что просидит один всю ночь на кладбище в свежевырытой могиле. Когда его друзья пришли на другое утро на кладбище, то увидели в могиле Мухартова, крепко спящего на подушках, окруженного всевозможными винами и закусками. Другой спорщик Веревкин, чтобы выиграть пари, въехал в зал I класса только что выстроенного Орловского вокзала верхом на лошади и выпил бокал вина.

 

crank_19.jpg (13368 байт)

(15407 байт)

 

 

Один мировой посредник

Совершенно случайно попал в компанию местных чудаков малоархангельский мировой посредник. К сожалению, имя его местнная история не сохранила, но, говорят, был он преподобный, прелюбезный, презабавный человек. Воспринимая жизнь как шутку, в самые серьезные дела умел вплести острое словцо. Кроме того, прославился он холодным отношением к делу. В особенности не любил он казенных бумаг. Всегда подписывал их не читая. Поэтому попал в такую историю. Однажды, рассердившись на своего патрона за что-то, секретарь мирового посредника между бумагами подал ему на подпись рапорт на имя орловского губернатора, в котором, между прочим, говорилось: "Делать я ничего не делаю, в участке своем не бываю, бумаги подписываю не читая, в чем Ваше превосходительство может убедиться из настоящего рапорта". Такая оригинальная откровенность заинтересовала начальника губернии. Мировой посредник был вызван в Орел и вскоре ушел в отставку.

(12196 байт)

 

 

Ф. Ф. Похвалинский

Последним из могикан орловского дворянства считался Ф. Ф. Похвалинский, личность необычайно оригинальная. В советском варианте истории Орловского края он представлен как чудаковатый пьяница и картежник, построивший на берегу Орлика на крупный выигрыш замок в мавританском стиле. Однако в дореволюционный период он был известен как член Орловской ученой архивной комиссии, первый хранитель губернского музея. Оригинальность его состояла в том, что ходил он в русской рубахе, пустяковую бумажку писал на старославянском языке и слыл славянофилом. Говорили, что шутник Похвалинский собирался завещать свой дом Вееденскому монастырю, но только в том случае, если настоятельница его согласится каждый день встречать рассвет на башне, поднимая флаг. По всей видимости, подобные условия не удовлетворили монахинь, и дом после смерти владельца отошел городу.

(15976 байт)

 

 

О НРАВАХ

Постепенно на смену дворянскому молодчеству, чудачеству и оригинальности приходит коммерческий реализм.

О вспыльчивости

Фамилия Серебренниковых была хорошо известна в Орле с XVIII века. Торговали они с прибылью хлебом. За заслуги и всегдашнюю готовность поставок по ценам, для казны выгодным, представители этой фамилии награждались и не раз. С 1841 года П. М. и И. М. Серебренниковы, купцы I гильдии, получили право на потомственное Почетное гражданство. Чего же еще желать детям? Трудиться на благо свое и Отечества да соблюдать старозаветные обычаи и традиции. Чем-то не приглянулся Ивану, сыну Петра Матвеевича, квартальный надзиратель Жиднов, возможно, водка глаза и ум затуманила. Оскорблял он его, бранные слова сыпались как из рога изобилия. Надзиратель также не стерпел. Печальным последствием бурного разговора был суд и смирительный дом для И. М., запрещение участвовать в городских выборах, быть избранным в почетные или соединенные с властью должности. А после отбытия года в означенном месте еще долго содержался Иван под надзором частного пристава I части.

(7446 байт)

 

 

О послушании

Другое происшествие встревожило родителей взрослых сыновей и дочерей города Орла, а у купеческой молодежи вызвало сочувствие. Произошло это весной, когда по уточнению поэта:
... На бульварах бродят франты,
Все коты пришли в азарт.
В клубах бродят концертанты.
Это значит месяц март.

В это время молодой купчик, влюбившись в хорошенькую и разбитную девчушку, собрался жениться, однако его родители не соглашались на этот брак. Грозились лишить сына наследства. Тогда влюбленный упрямец предложил своей подруге бежать. Сборы были недолги, и, воспользовавшись удобной минутой, они уехали в сосед­ний город. Отец хватился сына, но было уже поздно: "Случилось страшное — они уж обвенчались". Строптивый отец вынужден был смириться и простить сына, ослушавшегося отцовского приказа.

(14205 байт)

 

 

О послушании, когда оно в пользу

Причину развращения молодежи, в том числе и купеческой, местные моралисты видели в трактирах, кабаках. Предметом нападок был избран трактир на Кузнечной улице. По своему внешнему виду он не отличался от большинства самых грязных трактиров города, исключением было постоянное буйство и драки. Мирным обывателям Кузнечой улицы, а также служащим богоугодных заведенеий, располагавшихся здесь поблизости, далеко не безопасно было ходить около него (трактира) в позднее время. Ругань самыми отборными словами и крики: "Караул!", — оглашали окрестности его с раннего вечера вплоть до прикрытия торговли. В большинстве случаев посетители, нашумевшись в трактире, выползали на улицу для продолжения. Запоздалый пешеход не дерзал попадаться на глаза пьяной компании. Таково было неписаное предупреждение местным жителям. Однако не все его придерживались, поэтому частенько бывали биты, отведывали увесистых кулаков. Один из таких неудачников избежал мордобития только благодаря незапертой калитке в воротах чужого двора, где и просидел более часа, дрожа от холода и страха перед пьяной толпой.

(11610 байт)

 

 

О воздаянии

Но иной раз и самые возмутители спокойно получали по заслугам. Так, один орловец из "прогорающих" купцов приехал из Москвы с бородкою вместо бородищи, потому что вздумал он в одном из увеселительных заведений вымазать слуге лицо горчицей. Но тот оказался непромах: вцепившись в "авраамову" бороду орловца, он возил купца по комнате до тех пор, пока тот не взмолился о пощаде. Более трех недель пришлось пробыть этому выдумщику в Москве, залечивая ссадины и синяки, и отращивая бороду. Еще в XVIII веке купеческие мамаши пугали своих сынков тем, что ни одна девушка не пойдет за молодого человека, посещающего трактир. В конце XIX века местная пресса решила нанести удар по орловским питейным заведениям. О них писали:
В олове с кабатчиком разницы так мало,
Олово с кабатчиком ревностны к труду,
Опаивают оловом разные металлы,
А кабатчик спаивает горькую нужду!

(13207 байт)

 

 

О покаянии

Другой почтенный, солидный, седовласый купец I гильдии не принадлежал к дебоширам, но также попал в историю. Накупивши в Москве товару, задумал оно очистить свою душу от бремени духовного. Для лучшего совершенного сосредоточения орловец решился поехать говеть в Троице-Сергиевскую лавру. Сказано — сделано. Муж, отец, и даже дедушка, оповестил родных, что, хлопоча о спасении своей души, он едет говеть в Лавру, поэтому домой прибудет в понедельник к утру. Купец любил выпить лишнее, однако, помня, что он собирается очистить душу, он дал себе зарок: не думать ни о вдове Попова, ни о братьях Штритер, ни о Калашниковом товариществе. Чинно, благородно ехал он по Ярославской дороге, но не повезло. Встретил купец одного приятеля и соблазнил тот его выпить перед говением "по маленькой". Эта "маленькая" скоро привела к тому, что был орловский дедушка "на четвертом взводе". Как известно: "рюмочка — в горло, бес — в ребро". В поезде повстречалась некая дама, делавшая ему "пронзительные улыбки". Не стерпел благообразный купец и бросил говенье. Приехал он домой через пять дней, и все родные и знакомые стали спрашивать, как он сподобился говеть в Святом месте. И не могли они взять в толк, почему на их вопросы о Лавре старик лишь хмурился и сердился.

(15460 байт)

 

 

О жадности

Купцы падки до легкой наживы, поэтому иногда попадаются на удочку темных личностей. Так, проезжавшие через Орел аферисты предложили местным коммерсантам приобрести у них краденый товар по дешевой цене. Товар был приобретен, и что же оказалось на поверку? Вместо ожидаемого, в коробках нашли одни только доски. Подивились орловцы изобретательности мазуриков, но жаловаться на них не решились.

 

О неопытности (о скупости)

А вот другие орловские предприниматели, приехав в Москву, услышали, что в кабинетах одной из гостиниц можно будто бы за одну ночь составить целое состояние, играя в азартные игры. Нашлись любопытные попробовать счастья. Такая проба обошлась кому в два, кому в три раза больше поставленной на кон суммы, а между тем что может быть бессмысленнее, чем играть в карты с заведомыми шулерами.

* * *

Если опытные мошенники не подлежат наказанию, то неопытность в воровстве явно вызывала нарекания. У одного орловского купца один из приказчиков был уличен в утайке хозяйских денег. Купец упрекает по этому поводу своего приятеля: "Вот ты мне рекомендовал этого приказчика! Я ему доверился, а он попался на воровстве". "Друг мой! То, что он попался, говорит в пользу его неопытности. Поверь, что во второй раз он уже не попа­дется!".

 

Об учености

Ловкие в торговле, частенько прибиравшие в свои руки все, что только плохо лежит, орловские купцы не всегда были образованны. Одна орловская купчиха вдова "хотя и мучного, но честного торговца", так она себя величала, вернувшись из заграничного путешествия, рассказывала в обществе о том, что она однажды, в Венеции, "целую ночь каталась в гондоле". При этом, в последнем слове почему-то вместо последней буквы "Л" употребляла букву "Н".

* * *

Никакое развитие науки не сможет заставить купца отказаться от своих традиционных взглядов. Вот рассуждения болховских торговцев по поводу методов лечения холеры. В летнее время в городе жарко, пыльно, монотонно и безжизненно. Торговли никакой. Чай да разговоры." Холера появилась", — нарушает тишину гостинного двора один лысый купец, лениво прихлебывая чай из блюдечка. "У нас не будет, — уверенно заявляет торговец, — "Вокруг города с иконами ходили. Авось, бог милует". "Напрасно в святое дело музыку вмешали. Духовенство молитвы поет, а музыканты в трубы "зажаривают". Исстари не доводилось такого соблазна видеть", — волнуются сторонники обрядности." Да ведь музыканты "Коль славен" играли. " Нехорошо. Соблазны", — упорствует его собеседник. Молчание. Тяжело дыша, утираются платками, но продолжают пить чай. "Перцовку" хорошо от холеры. Здорово помогает", — продолжая прерванный разговор, серьезно замечает один из присутствующих. "Если тянуть примерно полбутылки в день — всем вибрионам конец". В рядах заметно оживились. "А вот мы сейчас и попробуем!" — раздается радостный возглас. "Эй, мальчик! Купи в магазине Никифорова бутылку "Перцовки". Да живо!.."

 

Е.Е. Свешникова
июнь 2000 г.

Список источников:
Былые чудаки в Орловской губернии. 1909 г.
Орловский вестник, 1890 год, 4 января
Орловский вестник, 1890 год, 10 марта
Орловский вестник, 1890 год, 18 марта
Пыляев М. И. Замечательные чудаки и оригиналы. Очерки. М.: Издательство СП "Интербук", 1990.

 

На основную страницу

 
Управление культуры и туризма Департамента социальной политики